Библиотека - Кангьюр - Паритта
maitrī-sūtra
Сутра Майтрейи
С почтением простираюсь перед Тремя Драгоценностями благородных!
Учитель однажды пребывал на земле Капилавасту, в роще Ньягродха, на берегу реки Рохини. Тогда достопочтенный Шарипутра ради [блага] грядущего Победоносного испросил у Благословенного:
Каким будет Твой преемник, укрепившийся в разуме? Каким именно Буддой он станет? Я желаю глубоко и внимательно выслушать о Всевидящем, достигшем совершенной полноты!
Выслушав вопрос старейшины, Благословенный изрек эти слова: «Все достоинства текста [о том, кто наделен] немалым накоплением заслуг, великой славой и именем Непобедимый, невозможно перечислить полностью. Однако, изложив кратко это благое речение, я приоткрою тебе лишь одну его сторону.
Шарипутра, внимай моим словам! В эту Благую эпохк, через миллионы лет жизни, под самим именем Майтрея явится Будда, высший среди двуногих.
После того как я уйду [в паринирвану], сначала наступят пять временных периодов [угасания Учения]: время плода; время исполнения [практики]; время текстов; время лишь знаков; время реликвий тела.
Что касается времени плода, то на протяжении одной тысячи лет после полного ухода Будды в нирвану люди будут способны зарождать в себе истинное постижение. Это время будет постепенно уходить. [Пока живы] те, кто обрел плод невозвращения, Однократного возвращения и вхождения в поток, нельзя говорить, что время плода исчезло. Когда уйдет последний из тех, кто вошел в поток, это будет называться сокрытием времени плода. Это и есть то, что именуется завершением достижения плода.
То, что именуется временем исполнения [практики], это период, когда люди уже не способны обучаться плодам пути шаматхи и випашьяны, но способны лишь соблюдать четыре коренных обета чистоты. По мере дальнейшего течения времени люди ограничиваются лишь сбережением четырёх этих коренных запретов. Пока среди тысячи монахов находится хотя бы сотня тех, кто оберегает четыре коренных обета, нельзя утверждать, что время исполнения угасло. Но когда из этой сотни останется лишь один-единственный монах, и тот нарушит обеты или умрет, тогда наступит сокрытие ремени достижения [или исполнения практики]. Это и есть то, что именуется завершением времени исполнения [или поддержания обетов].
То, что именуется временем текстов, это период, когда люди перестают понимать истинный смысл трипитаки, слова Будда, и читают лишь голые звуки [буквы]. Пока существуют сами тома рукописей, это называется периодом полноты времени текстов. По мере дальнейшего течения времени цари эпохи раздоров станут поступать не согласно Учению. Министры и вельможи также начнут чинить беззаконие, а вслед за ними и жители всех краев и областей. Из-за их неправедности боги перестанут вовремя ниспосылать дожди, и зерно не будет созревать должным образом. А поскольку зерно у них не созреет, люди не смогут подносить пропитание монашеской общине. Не получая еды, монахи более не смогут содержать и обучать учеников и последователей. С течением времени время текстов придет в полный упадок. Сперва исчезнут великие философские трактаты. Вслед за ними угаснут строфы «Ямаки», тексты о правилах, жизнеописания личностей, сутры установлений, повествования о реликвиях, детальный анализ и своды Учения. Когда полностью исчезнет Абхидхарма-питака, начнет исчезать корзина сутр. Затем угаснет Поздний раздел [Уттара-анга]. После угасания позднего раздела исчезнут собрания связанных сутр. Вслед за ними исчезнут собрания средних сутр и собрания длинных сутр. Когда исчезнут длинные сутры, останутся лишь сказания о прошлых рождениях, сопряженные с дисциплиной. Но и от корзины дисциплины люди станут удерживать лишь то, что связано с простым чувством стыда. С течением времени люди окажутся неспособными удерживать в памяти даже сказания о прошлых рождениях. Сперва угаснет «Джатака о Всеосвобождающем», а в самом конце исчезнет «Джатака без листьев». Когда исчезнут джатаки, люди будут удерживать исключительно корзину Дисциплины. Пока на излете тех времен находится хотя бы один человек, способный распространять и хранить хотя бы одну-единственную строфу из священного слова Будды, время текстов еще не считается окончательно завершенным. Но когда наступит пора, когда праведный царь возложит на спину слона золотой ларец, поместит туда тысячу золотых монет и трижды объявит в центре города под звуки музыки: «Пусть тот, кто знает хотя бы одну строфу, изреченную Буддой, заберет сию тысячу монет!» — и если никто во всем городе не сможет забрать эту награду, отчего тысяча монет вернется обратно в царскую казну. Именно этот час и станет мигом окончательного сокрытия времени текстов.
По мере дальнейшего течения времени [в период времени признаков] ношение монашеских одежд и удержание чаши для подаяний уподобится обычаям нагих аскетов-шраманов. Монахи станут носить с собой кувшины для варки пищи и сумы для милостыни, просто вешая их на кончики пальцев рук или повсюду расхаживая с ними в сетках. С течением времени они станут говорить: «Что толку мне в этих шафрановых одеждах?» — и будут вешать лишь сорванный маленький лоскут священной ткани себе на руку, шею, за ухо или вплетать его в волосы. Они начнут брать жен, заниматься земледелием, торговлей и прочими мирскими делами, бродя и живя исключительно ради мирского пропитания. И если в ту пору кто-то станет подносить им дары ради блага всей общины, а ведь в свое время Я, Ананда, говорил, что плод от подношений общине неисчислим! С течением времени эти люди будут восклицать: «Зачем мне это?» — и, сорвав с себя последний лоскут шафранового одеяния, станут выбрасывать его в пустынях или лесных чащах. В эпоху этих людей время лишь признаков окончательно угаснет. Это и есть то, что именуется завершением времени лишь внешних признаков.
Затем, к пятитысячному году существования учения совершенного Будды, подношения, почести и материальные дары иссякнут. Святые мощи Будды начнут сами перемещаться в те места, где им еще готовы оказывать почитание. По мере дальнейшего упадка, когда ни в одном уголке земли им более не выкажут ни уважения, ни заботы, наступит финальный час Учения. Тогда из страны нагов, из миров богов, из обители Брахмы и изо всех иных сфер все до единого святые мощи чудесным образом соберутся в одном-единственном месте, подле ваджрного трона в Бодхгае. Там они воссоединятся, вновь приняв величественный светозарный облик Будды, и явят окружающим великое множество чудес, подобно Владыке смерти Яме. Но в том месте к тому моменту среди свидетелей не останется даже самого упоминания о существах, ставших людьми.
Собравшись [в Бодхгае] вплоть до границ десяти тысяч миров богов, все они станут плакать, восклицая: «Сегодня тот, кто наделен десятью силами, окончательно уходит в нирвану! Отныне всё погрузилось в кромешную тьму!». В этот миг изо всех святых мощей вырвется огненная стихия и полностью сожжет это священное тело, не оставив от него ни малейшей частицы. Это и есть то, что именуется завершением времени реликвий тела.
Смысл этих слов в том, что после угасания Учения на протяжении этих пяти тысяч лет в земном мире станет непомерно приумножаться недобродетель. Люди полностью лишатся стыда и совести, у них исчезнут сами понятия о матери, дочери или сестре. Бесстыдством своим они уподобятся свиньям и шакалам. Завязав в недобродетели, они станут стремительно терять годы жизни, пока век человеческий не сократится всего до десяти лет. Пятилетние мальчики будут брать в жены пятилетних девочек. И в пределах этих же пяти лет у них уже станут рождаться сыновья, дочери, внуки и внучки.
В ту пору наступит малый промежуточный период оружия. Всего существуют три малых промежуточных периода бедствий: малый период голода, малый период болезней и малый период оружия. Когда в умах земных существ непомерно разгорается вожделение, наступает малый период голода. Когда одолевает глубокое неведение, наступает малый период болезней. А когда люди погрязают в пороках, наступает малый период оружия.
Малый период голода погубит множество существ, и они переродятся голодными духами. Малый период болезней истребит множество существ, обрекая их на рождение в мире животных. Малый период оружия уничтожит множество существ, и они низвергнутся в ады. В то время люди станут смотреть друг на друга как на диких зверей. Схватив однолезвийные, двухлезвийные мечи и оружие, острое как бритва, они начнут яростно убивать друг друга. Среди них найдутся мудрецы, которые, прослышав о грядущей бойне, запасутся едой на семь дней и укроются в горных расщелинах и пещерах. Оставшиеся же на поверхности существа, что не успели спрятаться, будут безостановочно избивать и резать друг друга. Вся земля покроется плотью и кровью.
В тот час соберутся огромные тучи и прольется мощный дождь. След за божественным дождем станет изливаться благоуханный ливень. В эту пору все места на земле станут прекрасными и восхитительными. Когда вся земля полностью очистится, прольется благодатный дождь из неочищенного риса. А вслед за дождем из риса в шелухе хлынет ливень из чистого, очищенного риса. Затем небо изольется дождем из одежд и украшений. В самом конце прольется обильный ливень из семи видов драгоценностей, который покроет землю по самое колено. Посему Благословенный изрек: «Прольется благоуханный, дивный дождь, ливень из риса в шелухе и чистого от нее. Хлынут с небес прекрасные одежды и украшения. Всё вокруг зацветет, подобно дивному саду радости. Все без исключения семь видов драгоценностей прольются благодатным дождем в этой обители. Они до краев наполнят собою каждую пядь земли, и мир воссияет в ту пору, точно дивный сад радости!».
Когда эти бедствия минуют, укрывшиеся в горах люди выйдут наружу. Выйдя, они станут обнимать друг друга, плакать, и, вспомнив о благих учениях, таких как пять обетов нравственности, начнут усердно и в полноте воплощать их в жизнь. С того времени сыновья и дочери десятилетних людей станут крупнее, а срок их жизни увеличится до двадцати лет. Затем, благодаря великому расцвету Учения среди людей, продолжительность жизни начнет последовательно расти, пока век человеческий не станет безмерно долгим. В ту пору живые существа перестанут видеть старость и смерть. Все существа пребудут в глубокой бдительности; они даже перестанут мыслить о том, что существует так называемое «адское страдание». Спустя эпохи этот безмерно долгий век начнет постепенно убывать. Убывая так же, как и прежде, человеческий век установится на отметке в восемьдесят тысяч лет.
В то благословенное время весь континент Джамбудвипа наполнится мужчинами и женщинами, чья благая доля уподобится доле божественных дев. Божественные дожди будут изливаться каждые полмесяца, каждые десять дней, каждые пять дней или каждые полдня, приумножая соки и плодородие земли. В ту пору вся земная твердь станет идеально ровной, на ней не останется ни колючек, ни корявых деревьев. Города наделятся воротами на все четыре стороны, а в самом центре каждого города вырастут чудесные деревья желаний.
Поэтому сказано следующее. И тогда этот великий город наполнится разнообразными торговыми площадями, прекрасными, чистыми прудами, приносящими сердцу великую усладу и покой. Там потекут великие чистые реки — исключительно прохладные, чистые, прозрачные, благоуханные, несущие полное насыщение и покой. Они покроются коврами из лотосов и кувшинок утпала, воды их будут катить мирные волны, лишенные мути. Там раскинутся ряды из семи священных деревьев тала, сплошь укрытые драгоценной природой. Город окружат семь колец нерушимых стен, и все кварталы его будут гармонично соединены друг с другом. Царский дворец, укрытый сочной мягкой травой, воссияет в ту пору величественным шпилем. У четырех ворот по всем сторонам города пышно взрастут великие деревья желаний. Синий, желтый, красный и чистейший белый свет станет исходить от них. На них будут рождаться прекрасные божественные одежды. Благодаря божественной милости, великолепные украшения и всевозможные предметы для услады и богатства станут в изобилии свисать с их верхних ветвей. И в самом центре этого дивного города выстроится чертог с четырьмя залами. Все это, сотворенное силой благих заслуг, будет чудесным образом являться с вершин деревьев желаний. Тончайшие хлопковые ткани, прекрасные одежды, и драгоценные материи из цветов удумбара — все это, сотворенное силой накопленных заслуг, будет являться с вершин деревьев желаний. Барабаны мриданга, зазвучащие от прикосновения рук, инструменты мураджа и аламбха — все то, что рождено силой благих заслуг, будет являться с вершин деревьев желаний. Изящные браслеты для украшения плеч, наплечники, роскошные длинные ожерелья и драгоценные по своей природе колье для шеи — все это, рожденное силой благих заслуг, Будет щедро являться с вершин деревьев желаний. Украшения для лба и уст, драгоценные пояса для тела — все это, сотворенное силой благих заслуг, будет чудесным образом являться с вершин деревьев желаний. И иные разнообразные украшения, коими полностью украсят себя люди, — все это, рожденное силой благих заслуг, будет являться с вершин деревьев желаний.
Там взрастет непаханый и несеяный самородный рис, рожденный силой накопленных заслуг. Он будет неповрежденным, чистым, без шелухи и сора, а зерна его наделятся тончайшим ароматом. Когда этот рис превосходно сварится, люди станут вкушать его в полной мере. В тех зернах не окажется никакого сора или гнили, и они станут родиться сотнями тысяч. Ростки этого риса взойдут, покрывая собою всё пространство вокруг. И на каждом колосье этого риса станет рождаться ровно по одной мере чистого зерна. Благоухание этого риса люди будут в полноте вдыхать повсюду. Объем этого урожая [с одного поля] будет равен двум тысячам повозкам, или сотне повозок, или тридцати девяти повозкам, а также шестнадцати большим мерам и еще двум высушенным кувшинам — вот сколько риса станет родиться. Из одного-единственного семени будет всходить такое изобилие благодаря благим заслугам живых существ.
В ту пору правителем людей, праведным царем станет владыка по имени Шанкха. Он будет носить браслеты качеств, и все его благие помыслы исполнятся в совершенстве. Он будет прекрасен ликом, наделен изящными серьгами, тело его умастят благовонием хари-чандана, и облачится он в высочайшие одежды из Каши. Богатство его будет безгранично огромным, а ото сна его станут пробуждать звуки цимбал и лютни. Он пребудет в неизменном великом счастье, и тело его, и ум познают полный покой. На десять тысяч йоджан вокруг раскинется континент Джамбудвипа. На нем не останется ни колючек, ни корявых деревьев; вся твердь будет ровной, мягкой и лазурно-чистой.
У людей в ту пору станут возникать лишь три недуга: желание, пресыщение и увядание. Достигнув возраста пятисот лет, женщины, и старые, и молодые, будут выходить замуж. И впредь оба супруга пребудут в неизменном счастье, и меж ними никогда не возникнет раздоров. Плоды и колосья будут безупречны; повсюду раскинутся рощи из вьющихся лоз и ветвистых деревьев. Трава станет вырастать высотой ровно в четыре пальца, а мягкостью своей она уподобится нежнейшему хлопку. Не будет ни чрезмерного холода, ни чрезмерного зноя, дожди станут изливаться равномерно, ветра будут исключительно тихими, и все времена года пребудут в идеальном согласии. Великие реки потекут полноводно, вровень с кронами пальм тала. На тех или иных участках земли камни окажутся крошечными, величиной лишь с черный или малый горох. Вся земля покроется ими, точно рассыпанным жемчугом. В своей красе она уподобится дивным садам развлечений, принося сердцу великую усладу и радость. Земля наполнится множеством городов и селений. Они расположатся так близко друг к другу, точно стебли в бамбуковой или тростниковой роще, так что петух сможет долететь [от одного поселения до другого]. Жители будут добродетельны, процветающи и наделены чудесными силами, и в их законах не окажется места притеснениям. Они станут вечно играть и радоваться, пребывая в полном насыщении от единого блаженства. Подобно созвездиям, мирно вращающимся в небесах, они пребудут в радости, довольстве и великом ликовании. Люди станут вкушать великое множество яств и напитков; мяса и вина у них будет в таком же изобилии, как простой воды. Города с великолепными залами и царскими чертогами уподобятся божественному дворцу Алакавати — они станут восхитительны, и в них не зазвучит ни единого неприятного звука. Весь континент Джамбудвипа станет именно таким.
В ту самую пору бодхисаттве Майтрее, после того как на протяжении шестнадцати бесчисленных кальп и еще одной сотни тысяч кальп он в совершенстве воплощал парамиту даяния и все тридцать великих совершенств, переводя всех существ на берег освобождения, принося свое последнее тело в великую жертву и полностью завершив исполнение парамит, а затем, завершив пребывание в раю Тушита — ему возгласят: «Грядёт Будда!». И все божества в пределах десяти тысяч миров подтвердят сие, провозглашая: «Истинный Будда грядет!».
Обозрев пять сторон и находясь в окружении сонмов богов Тушита, он снизойдет из Тушиты. Во дворце царя по имени Шанкхаванта он войдет во чрево Брахмавати, чистейшей супруги главного жреца Субрахмы из касты брахманов. И от этого великого знамения содрогнутся все десять тысяч миров.
По прошествии десяти месяцев, в Оленьем парке Исипатана он выйдет из лона матери. Шаг за шагом он станет наделяться великим знанием. Силой собственных благих заслуг он прорвет земную твердь и поднимется над ней. В четырех чертогах, сплошь состоящих из семи видов драгоценностей, подобно великому божеству, он станет сожительствовать со множеством прекрасных женщин, таких как луноликая богиня Чандрамукхи и ей подобные божественные девы. На протяжении одной тысячи лет он будет наслаждаться этими дарами подобно богу. Но в один из дней, узрев образ отрекшегося от мира монаха, он утеряет всякую радость к своему золотому чертогу. Подобно царю львов, он ощутит глубочайшее отвращение ко всему своему неограниченному богатству и великолепным драгоценным залам, и в нем возгорится непреклонное желание уйти в великое отречение. Тогда все божества в пределах десяти тысяч миров возьмут в руки небесные цветы и соберутся вместе на этой земной оси. Возглавляемые великими мужами, царем Шанкхой и остальными, они окружат этот великолепный чертог, поднося благовония, гирлянды цветов и курения. Боги, парящие в небесах, станут держать в руках небесные цветы и в один голос восклицать: «Превосходно! Благо нам!». И вплоть до высшей обители Акаништха все существа пребудут, слившись в этом едином ликующем хоре. В тот самый миг его драгоценный чертог, подобно колесу гончара, станет вращаться и устремится прямо в открытые небеса. Они устремились ввысь, подобные полной луне, окруженной ожерельем из созвездий. Главная супруга бодхисаттвы и все остальные также вознеслись в небеса. Те, кто двигался по небу, сопровождая Великое Существо, созерцали своими умами собственные небесные пути, а Маха-Брахма держал над ним белый зонт, размером равный трем йоджанам. Шакра, владыка богов, трубил в священную раковину и иные инструменты. Окруженный таким образом сонмами богов и людей, наделенных великим величием и благой долей, его чертог прибыл к подножию дерева бодхи, дерева Нагапушпа.
Размеры этого дерева таковы: сто двадцать локтей вплоть до его ветвей, и высота самих ветвей в точности равна этому. Они сплетаются вверху и пышно свисают книзу, прекрасные, точно великолепный павлиний зонт. На самой его вершине неизменно сияют цветы, источающие тончайший аромат божественных благовоний. Каждая чашечка цветка размером в полную меру, и эти превосходные цветы величиной с колесо повозки ветер разносит по всем сторонам света — и благоухание их охватывает десять йоджан вокруг. Цветы, что росли вверху, станут опадать книзу, и они покроют ваджрный трон бодхиманда целыми грудами.
В ту пору стаи разнообразных птиц, летящих по небу, станут совершать подношения своими сладостными голосами. И когда чертог приблизится к подножию этого священного дерева Нагапушпа, он остановится в воздухе над этим местом, где вся земная твердь исполнена чистой радости.
Там, в самом средоточии великолепия, он на протяжении семи дней станет предаваться суровой аскезе. Великий Брахма явится перед ним, поднесет необходимые монашеские предметы, и бодхисаттва примет великое отречение. И все его многочисленные спутники также уйдут в отречение вслед за ним. И помимо них: восемьдесят четыре тысячи брахманов, глубоко сведущих в высочайших священных ведах, уйдут в монашество вслед за Майтреей — все они один за другим примут великое отречение.
После того как он примет монашество, луноликая богиня поднесет ему сладостную молочную кашу. Приняв ее в полную меру, Непобедимый в сумеречную стражу усядется под деревом бодхи на выровненной земле в позу лотоса. Он воссядет, обратив свой взор к восточной стороне мира. И когда придет должный час, он последовательно обретет всепроникающее знание Всеведущего. И тогда из уст его прольется сие торжественное изречение: «Дабы спасти и перевести на тот берег всех без исключения существ в круговороте бытия и навсегда избавить их от яда страданий — я разрушаю сей дом [омрачений]! Вновь и вновь рождаться — великое страдание, и теперь я воочию узрел строителя этого дома. Впредь ты не построишь иного дома! Все страдания полностью сокрушены, и этот пропитанный ядом дом окончательно разрушен. Когда яд ума полностью оставлен, а жажда иссякла — наступает истинное освобождение!». Так изрек он это великое речение.
Пробыв под деревом бодхи сорок девять дней и вняв мольбам Брахмы, он направился в Олений парк Исипатана, дабы повернуть великое Колесо Учения. И когда он шел туда, то каждый раз, когда он поднимал и опускал свои стопы, на земле сами собой расцветали цветы лотоса. Внешние лепестки лотоса были равны тридцати локтям, малые лепестки — двадцати пяти локтям, чашечка цветка — двадцати локтям, а сердцевина лотоса — шестнадцати локтям. Его тычинки и лепестки покрывали собою всё пространство вокруг. И эти чудесные лотосы являлись из каждого волоса на его теле. Светозарный блеск того, кто наделен десятью силами, полностью затмит собою сияние самого солнца. День и ночь станут неразличимы между собой. Птицы будут оглашать мир своими криками лишь в сумерках и на рассвете. И люди станут узнавать наступление ночи или дня лишь по тому, закрываются или раскрываются бутоны цветов. И везде, где бы он ни проповедовал священное Учение, станет громогласно звучать чистый голос Учения.
Посему сказано следующее. Мера его света и лучей равна безграничной мере его святого гласа. Мера его величественного сияния равна безмерной мере накопленных им благих заслуг. Его мудрость — мера самой мудрости, слава его — мера самой славы, цвет его тела — мера совершенного цвета, а Учение его — мера всех учений. И тогда восемьдесят четыре тысячи брахманов и сто восемьдесят миллионов божеств мира Брахмы испьют чистый нектар Учения. Силой великих заслуг Благословенного, его тело станет испускать сотни разнообразных световых лучей. Он наделен сотнями совершенных знаков — тридцатью двумя великими признаками высочайшего мужа и восемьюдесятью малыми благородными признаками. С его тела, обладающего сотнями чудесных и изумительных оттенков, станут исходить сотни тысяч световых лучей. Это тело воссияет синим, желтым, красным, чистейшим белым цветом и цветом благородной марены. От самого его священного тела станут исходить лучи света, равные по высоте кроне пальмы тала. По велению и вне веления времени, в паре и вне пары, от скандх и вне скандх, эти лучи трижды обойдут вокруг тела Благословенного и устремятся далеко вовне, а затем вновь вернутся обратно к нему.
Священное тело Благословенного по своей высоте будет равно ровно восьмидесяти восьми локтям. От подошв стоп до колен — двадцать два локтя. От колен до пупка — двадцать два локтя. От пупка до ключиц — двадцать два локтя. От ключиц до макушки головы — двадцать два локтя. Расстояние между обоими плечами составит двадцать пять локтей. Длина каждой из его ключиц — по пять локтей. От кончиков обоих ушей до их основания — по семь локтей. Длина разреза каждого глаза — по пять локтей. Длина каждой из его бровей — по пять локтей. Ширина пространства между бровями — пять локтей. Длина носа — семь локтей. Длина верхней и нижней губы — по десять локтей. Окружность языка — пять локтей. Высота ушниши — пять локтей. Окружность его лика, подобного золотому зеркалу, составит двадцать пять локтей. Окружность шеи составит пять локтей. Длина обеих его рук будет равна сорока сорока локтям. Такова дивная, ни с чем не сравнимая слава Будды, такова безграничная божественная игра Будды.
Пребывая посреди божеств изо всех десяти тысяч округ земного мира, а затем и посреди людей, он повернет великое Колесо Учения. В том месте, где станет проповедоваться Учение, сто миллиардов богов и людей полностью освободятся от своих оков, и те, кто впервые обретет плод Учения, а также те, кто не обретал его прежде, переродятся в высших божественных мирах.
Кто же из людей не захочет узреть Майтрею, наделенного столь высочайшими достоинствами?! Однако его ни за что не увидят те, кто совершил убийство матери, убийство отца, кто совершил насилие над монахиней, внес раскол в монашескую общину, то есть те, кто совершил пять бескрайне плохих действий, а также те, кто разрушал ступы, срубал деревья бодхи, убивал бодхисаттв, расхищал пищу монашеской общины, кто повинен в чудовищной скупости, укоренился в ложных воззрениях, возводил хулу на Благородных, и те, кто принадлежит к сектам нагих аскетов, все они не увидят его.
Те же люди, которые в течение одного дня излагали или внимали великой «Джатаке о Всеосвобождающем», украшенной тысячей строф, или подносили тысячу светильников, или тысячу простых цветов, или тысячу синих цветов утпала, или возводили ступы, или создавали изваяния и образа Будды и совершали перед ними почитание, все они в эпоху Будды Майтреи родятся подле него и одними из первых обретут святое Учение. Все остальные существа, которые щедро подавали милостыню, свято оберегали обеты нравственности, очищали монастыри, высаживали деревья бодхи, возводили ступы, выказывали глубокое почтение ступам и деревьям бодхи, разбивали прекрасные сады, строили мосты, чинили дороги, возводили гостиницы, копали колодцы, совершали дела во благо Учения, подметали и убирали священные места, совершали подношения благовоний, гирлянд цветов и прочего, с глубоким почтением внимали Учению, подносили монашеской общине хотя бы самую простую пищу, заботились и служили своим отцу и матери, почитали старейшин своего рода, подавали еду тем, кто соблюдает обет очищения, одаривали милостыней странствующих монахов, подавали подаяние просящим и подносили сиденья — все эти люди воочию узрят совершенного Будду Майтрею. И даже те, кто подносил хотя бы одну горсть цветов или всего один-единственный светильник, или искренне сорадовался благим заслугам других людей, богов или человеческих существ, творящих эти добродетели, — все они в должный час увидят явившегося совершенного Будду Майтрею.
Посему те, кто всем сердцем желает узреть совершенного Будду Майтрею, должны щедро раздавать милостыню, свято оберегать обеты нравственности, усердно совершать очистительные практики, пребывать в медитативном созерцании и неизменно проявлять бдительность в благих деяниях. Тогда они вне всяких сомнений увидят его! Тот, кто ведет чистую, целомудренную жизнь и внимает священному слову Муни — полностью освободится от оков круговорота сансары и достигнет наивысшего и непревзойдённого, бессмертного [состояния нирваны]. Ведя сию чистую жизнь, одаривайте тех, кто достоин почитания, пребывайте неколебимо в практиках очищения и превосходно медитируйте на любовь! Взращивайте в умах непрестанную бдительность и постоянно вершите благие, заслуженные деяния. Благодаря содеянным вами великим добродетелям вы положите окончательный предел всем своим страданиям!
Когда Благословенный изрек эти слова, те монахи превознесли сказанное Благословенным.
На этом завершается «Сутра о Майтрее».
[Эта сутра] была переведена, сверена и окончательно утверждена из уст великого пандиты Анандашри многоученым переводчиком, шакьяским монахом Ньима Гьялценом Палзанпо в великом монастыре Пал Тхарпа Линг, резиденции тех, кто изрекает на двух языках.
Да пребудет сие над землей, подобно Солнцу и Луне!
Перевёл лама Дондруб Дордже Тулку.